6 декабря №34 (22054)

Как я служил в военно-морской школе

В семейном архиве Станислава Сергеевича Красного сохранился интересный документ – поздравление с 38-й годовщиной Советской Армии и Военно-Морского флота, адресованное Александре Семёновне – матери матроса С.С. Красного.

Вот лишь несколько строк из этого поздравления, подписанное командиром войсковой части №90172-В, инженер-капитаном Тимкиным: «Командование части благодарит Вас за воспитание такого верного сына, преданного патриота своей социалистической Родины. Желаем Вам, Александра Семёновна, хорошего здоровья, успехов в вашей работе на благо нашей любимой Родины».

***

В начале октября 1955 года я был призван в армию. Служить пришлось на Балтийском флота на корабле «Большой охотник». Но прежде чем попасть на корабль, меня как техника-электромеханика направили в ускоренную полугодичную военно-морскую школу, что находилась в городе Лиепая (Латвийская ССР).

Как я потом узнал, школа готовила специалистов для обслуживания военных кораблей Балтийского флота: радистов, мотористов, электриков. Она находилась в просторном, архитектурно-красивом здании. Особенно меня поразило его внутреннее убранство: яркие люстры, блеск меди и бронзы, мраморные лестницы и махровые бордового цвета дорожки. Везде, можно сказать, была идеальная чистота.

В просторном и светлом зале на втором этаже размещались двухъярусные койки, на которых мы спали – рота матросов из трёх взводов.

Помещение тщательно убиралось и хорошо проветривалось. Постели были с белыми пододеяльниками и белыми наволочками. Одна форма одежды была парадная – в иголочку, вторая – будничная, попроще.

Кормили нас добротно и очень сытно, особенно нравились мне макароны по-флотски и компот. Такого питания у меня не было ни до армии, ни после службы.

Распорядок был строгий: в шесть утра – подъём, зарядка во дворе в любую погоду, затем, как и положено, умывание, завтрак, после чего шли на занятия. Лекции читала профессора, одетые в военную морскую форму. Читали доходчиво и понятно. Особенно запомнились мне лекции по защите корабля от пробоин, а также практические занятия. Приспособлением против пробоин были деревянные бруски, пробки, заглушки с применением пакли. Занятия проходили на большой грузовой барже, стоящей на берегу Балтийского моря. Спустившись в трюм, мы задраивали люк и 10–15 минут изучали приспособления против пробоин при тусклом свете. Затем насосом в трюм закачивалась вода, которая поступала через невидимые нам щели. И вот четверым–пятерым матросам надо было ликвидировать течь. Задание считалось выполненным, если вода в трюме доходила до половины колена или даже до колена. При неумелой ликвидации щелей вода заполняла весь трюм, матросы головами стучались о потолок. Тогда люк немедленно открывался и все до нитки промокшие матросы выскакивали на палубу. В таких случаях через несколько дней учения повторялись.

Другим запомнившимся занятием в школе было погружение под воду в специальных водолазных масках с кислородным баллоном. Под водой надо было проплыть вдоль корабля, обнаружить мину или наружное повреждение.

Запомнились и строевые учения. Особенно нравились боевые учебные тревоги. По тревоге рота поднималась ночью, мы быстро одевались, бралиоружие и строем уходили на объект, шли в лес, получали боевые патроны и в боевой готовности в лесу были до четырёх часов утра, а утром, как всегда, в шесть подъём. Каждый раз, когда объявлена боевая тревога, мне казалось, что действительно начинается война.

Очень интересными были занятия по стрельбе. Я уже имел второй разряд по стрельбе из винтовки, учась в техникуме. Этим я обязан военруку тов. Кудинову – замечательный был педагог.

Но главное, что запомнилось, это вежливое, внимательное отношение командиров всех рангов к рядовому составу. Они были сердечными, отцовскими. Они строго спрашивали и наказывали, но без всяких унижений человеческого достоинства, а за хорошую службу поощряли отпуском, благодарностью или письмом родителям. Коллектив школы был дружный, и никакой дедовщины.

В мае месяце 1956 года сдавали экзамены на зрелость по специальности и политической подготовке. Кто получил красные удостоверения , были распределены по боевым кораблям.

Я и мой друг Гена Костюнин были распределены на корабль «Большой охотник» электриками в боевую часть №5 корабля.