6 декабря №34 (22054)

Медицина будущего: жизнь или смерть?

У многих возникнет вопрос: что юрист может знать о медицине, почему решил написать статью на далеко не юридическую тему? А я отвечу, мне не всё равно, что будет дальше с нашими больницами, как и чем нас будут лечить врачи, потому что у меня трое детей, мама – пенсионер, а родной брат – врач, который, как и многие, попал под каток оптимизации в сфере здравоохранения (больницу закрыли, пришлось искать новое место работы).

Как проходит «оптимизация» здравоохранения в нашей области, говорят данные Рязаньстата. Количество больничных коек за 4 года (2010–2014 гг.) сократилось на 1278 мест. Во многих больницах районных центров закрылись родильные отделения, отделения неотложной медицинской помощи. Существует огромный дефицит врачебных кадров, в стационар приходится ложиться за 30–40 километров от дома, а то и в областной центр, что ещё дальше. Сторонники «оптимизации» утверждают, что сокращаются в основном неэффективные койки, которые простаивают из-за нехватки пациентов и на них только зря переводятся бюджетные деньги. Как отмечают аудиторы Счётной палаты, проведённая «оптимизация» не привела к ожидаемому снижению смертности. И вместо 128 умерших на 10 тыс. человек по итогам 2014 года, смертность составила в целом по России 131 человек на 10 тыс., а в Рязанской области – 161. «Оптимизация» также не принесла обещанных заоблачных зарплат медицинским работникам. На уровень заработка медработников большое влияние оказывает высокий процент внутреннего совместительства, который составляет четверть от всего фонда оплаты труда. Это означает, что рост уровня средней заработной платы медицинских работников вызван не фактическим увеличением размера оплаты их труда, а ростом нагрузки на одного работника, когда вместо положенных 8 часов врач работает более 12.

Что говорят сами врачи по поводу оптимизации? Знакомый врач-хирург из Коломны утверждает: «Такого в советское время не было: на операцию вместо колпаков приходится надевать бахилы на голову, перчатки для операции выдают не хирургические, а стоматологические, которые закрывают только кисти рук».

По словам врачей, в Рязанской области существует постоянная нехватка лекарств, даже самых простых, таких, как демидрол, папаверин и т.п.; вместо одноразовых медицинских инструментов, которых ещё два-три года назад было предостаточно, приходится возвращаться к многоразовым и к их стерилизации для «экономии». Больных вместо положенных 14 или 21 дней стационара, «лечат» за 7–8 дней, с целью увеличения видимой проходимости больных и боязни, что профильная больница будет закрыта.

Увеличилась бумажная волокита, теперь приходится записывать, параллельно разговаривая с пациентом.

Кроме того, на каждый препарат, назначенный врачом, но не входящий в ЖНЛВ (даже обработка йодом), приходится заполнять протокол врачебной комиссии с подписями нескольких врачей или их заместителей.

По данным Владимирской области: в ходе «оптимизации» на 25% сократился коечный фонд. В семи крупных районных центрах были закрыты родильные дома. Расстояние от отдалённых населённых пунктов до районных перинатальных центров составляет около 80-ти км. В 5–6 раз увеличилось количество родов в дороге, а это угроза жизни и здоровью матери и малыша. Даже заслуженные врачи России не совсем согласны с необходимостью и эффективностью данной реформы. Я вам приведу выдержку из интервью Леонида Рошаля в газете «Аргументы и факты» №42 за 2015 год, в которой он говорит, что «Надо остановить бездумную оптимизацию здравоохранения», «я категорически против закрытия целого ряда больниц и поликлиник во многих регионах», «недопустимо проводить оптимизацию здравоохранения без тщательного предварительного изучения заболеваемости, потребности в койках и кадрах и обсуждения предложений с медицинскими и пациентскими организациями». По его мнению, «необ»ходимо законодательно запретить ликвидацию лечебно-профилактических учреждений в сельской местности без предварительного согласования с жителями». И я с эти согласен.

А кто виноват? Врачи – нет, медсестры – нет, главный врач больницы – нет, глава района тоже нет. Я считаю, виноваты в этом мы с вами, потому что молчим (все знают: молчание – знак согласия). Не принимаем участие в выборах, а если голосуем, то под огромным давлением своих начальников и руководителей, поддерживая разрушительный курс в медицине.

 

«Приокская правда» №35 от 26 ноября 2015 года.