21 апреля №12 (22147)

Как изменится рынок труда после коронавируса

В России — кризис в «мигрантском» секторе рынка труда. Из-за закрытия границ в период пандемии число гастарбайтеров сократилось на 0,6−1,4 млн человек (на 10−20%). Однако россияне не спешат занимать вакантные места. По данным сервиса hh.ru, спрос на «мигрантские» специальности вырос в октябре–ноябре на 70% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Сильнее всего спрос подскочил на упаковщиков, дорожных рабочих, грузчиков, разнорабочих, водителей и строителей.

Так, вакансий рабочих на стройку и грузчиков вдвое больше, чем претендентов на них. Дорожных рабочих требуется втрое больше, чем соискателей.

В то же время граждане России испытывают сложности с трудоустройством. По данным Росстата, к началу сентября в стране было 3,7 млн безработных — в 6 раз больше по сравнению с тем же периодом 2019 года. Официальный уровень безработицы достиг 6,3% (4,8 млн граждан). А по оценке основателя Superjob Алексея Захарова, число безработных и вовсе заоблачное — 15 млн человек.

Проблема в том, что далеко не каждый безработный готов замещать «мигрантские» вакансии. Только 3% соискателей, имеющих гражданство РФ, указали в резюме на hh.ru, что рассматривают переезд в Москву, Санкт-Петербург и их регионы-спутники с целью работать на «мигрантских» позициях.

Дело прежде всего в деньгах. Работодатели привыкли эксплуатировать гастарбайтеров по-чёрному. По данным опроса ВШЭ и Центра этнополитических и региональных исследований, мигрант в среднем вкалывает по 10 часов шесть дней в неделю — около 59 часов в неделю. Работник из России, в среднем, трудится 38 часов в неделю. При этом средний россиянин в 2020-м получал на руки примерно 265 рублей за час работы, а мигрант — 170 рублей. То есть в 1,5 раза меньше.

Возможность экономить на зарплате — основной плюс найма иностранного мигранта, отмечали 40% компаний, опрошенных Центром стратегических разработок. По идее, гастарбайтеров можно заместить внутренними трудовыми мигрантами из регионов, но для этого нужно поднимать зарплату. Однако работодатели делать это не спешат, а власти не спешат делать ставку на внутреннюю рабочую силу.

— Нынешняя власть, по большому счёту, управлять государством не умеет, и не очень хочет, — считает член ЦК КПРФ, главный политический советник председателя ЦК КПРФ, доктор исторических наук Вячеслав Тетекин. — Наша так называемая элита жирует на остатках советского наследия. В СССР была построена гигантская новая цивилизация, запас прочности которой позволяет нынешним власть имущим бесчинствовать — при том, что экономические механизмы продолжают крутиться. Ситуация с мигрантами — лишнее тому подтверждение.

В советское время, напомню, межотраслевыми балансами серьёзно занимался Госплан. Это был фундамент развития экономики. В том числе всегда притирались потребности в рабочей силе и соответствующие производства.

«СП»: — Как это происходило на практике?

— Всегда, когда возникало ощущение излишка рабочей силы, её перекачивали в другие отрасли промышленности или народного хозяйства — туда, где была её нехватка. Перекачка производилась путём стимулов.

Взять, к примеру, освоение Крайнего Севера, в результате чего возник наш могучий топливно-энергетический комплекс.

Условия жизни на севере Тюменской области, в Ханты-Мансийском, а тем более, в Ямало-Ненецком автономных округах — тяжелейшие. Полярная ночь, нехватка кислорода, болота, комары — словом, трудностей хватает. Но в СССР люди охотно ехали на Крайний Север, и достигалось это значительным повышением зарплаты.

На Севере простой рабочий зачастую получал больше министра. Скажем, зарплата руководителя Министерства нефтяной промышленности СССР составляла 750 рублей в месяц. А на Крайнем Севере рядовой водитель получал 1000−1100 рублей, высококвалифицированный специалист — 1200 и более рублей.

И в современной России отраслевой баланс можно было бы восстановить — ничего сложного в этом нет. Если есть потребность в рабочих — поднимите зарплату, и народ туда хлынет. Но наши «рыночники» этим путём идти не хотят.

«СП»: — Почему?

— Я считаю, они слишком привыкли к коррупционным схемам. Гастарбайтеров, действительно, можно было грабить на каждом шагу. Деньги выделялись на проекты, чиновникам шли откаты, мигрантам перепадало хоть что-то, что они могли бы послать семьям, предприниматели клали в карман сверхприбыли — и все были довольны.

А сегодня, если возникает нехватка рабочей силы — в том же строительстве — застройщики не повышают зарплаты. Они не хотят терять именно сверхприбылей, которые получают с помощью классической сверхэксплуатации мигрантов.

Как в своё время писал Маркс в «Капитале», при 300 процентах прибыли нет такого преступления, на которое капитал не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы. Сегодня в «мигрантском» секторе рынка труда мы наблюдаем именно этот случай.

«СП»: — Что в такой ситуации должен делать кабмин?

— Он должен так выстраивать политику, чтобы работодатели повышали зарплаты, и «мигрантские» места занимали рабочие из России. В крупных городах на север и восток от Москвы сильная безработица, и люди там хотели бы получить работу в столице. Но не за нищенскую зарплату, и не в рамках коррупционных схем.

Однако власти по-прежнему уповают на то, что карантин закончится, мигранты вернутся, и они по-прежнему будут их грабить.

Сайт: svpressa.ru