15 августа №29 (22086)

Были когда-то они молодыми

Не взять ли наугад всего три имени. Три имени – три судьбы, у каждой своя жизнь, связанная с далёкой войной и с одним из заводов города Рязани. Пусть это будет Рязанский приборный завод. Три имени: Александра, Мария, Владимир.

Александра – Александра Ивановна Скворцова.

Молоденькой девушкой пришла она на деревообрабатывающий завод (ДОЗ) и время её прихода совпало с началом Великой Отечественной войны. Это они, молодые девчата и ребята, отработав дневную смену, добровольно шли на ночные дежурства, чтобы во время налётов вражеской авиации, когда все прятались в бомбоубежища, лезть на заводские крыши, обезвреживать бросаемые с немецких самолётов зажигательные бомбы. Среди них была и Александра. В то время просто Шура.

Вся жизнь её была связана с заводом, менявшим не раз своё название и ставшим, наконец, приборным. Не совсем сложилась у Александры её личная жизнь. Так и осталась она одинокой. Можно сделать разные предположения. Но сколько их, молоденьких женщин, остались после войны одинокими и всё ожидающими своих суженых. Не забудем этого и не будем их осуждать.

Второе имя Мария – Мария Васильевна Рыбакова.

Во время войны, ещё будучи школьницей, как и многим её сверстникам, ей летом приходилось работать на колхозных полях наравне со взрослыми. И их, мальчишек и девчонок, война не обошла стороной. Это был их посильный вклад в честь грядущей Победы, в которую все верили, ждали и работали. Тридцать лет Мария затем отдала приборному заводу.

От войны осталась в её памяти весьма романтичная история. Уходил на войну парнишка с соседнего двора. Часы и минуты расставаний и прощаний остаются подчас незабываемыми на всю жизнь. В душе таил, видно, тот парнишка большое чувство к подрастающей девушке и прибежал в последний час прощания в школу, где училась та девчушка. Звали её Маша. Что затаил он в своём сердце, никто теперь уже не скажет. Но было, может, одно: жар его сердца помог ему уцелеть в пламени той страшной войны.

Владимир – Владимир Фёдорович Федотов.

Война застала его пятнадцатилетним пареньком. По меркам того времени – уже взрослым работником. И приходилось ему не отходить от слесарного верстака по двенадцать часов за смену. Все рвались на фронт и в семнадцать лет он, наконец, допросился. Но это был не сорок первый год, когда в пекло войны бросали больных и хилых, голодных и, подчас, безоружных. Ощущалась нехватка младшего командного состава. Обстановка на фронте стала позволять готовить кадры. Их обучали в нескольких школах. В одну из них и попал Володя. В школах вели не только боевую подготовку, но не забывали и о физической. Как трудны были зимой ночные тридцатикилометровые марш-броски с полной боевой выкладкой, в которых короткий отдых у ночных костров был некоторой разгрузкой. И не одна шапка сгорела в этих кострах, когда кто-то из бойцов вздремнул у костра после трудного пути и усталости. Кому смех, а кому – обгоревшая ушанка.

Владимир так преуспел в этой школе, что сам стал готовить для фронта маршевые роты. 9-е мая – день Победы. Это официальная дата окончания войны. Но реально она ещё продолжалась. Правда, в несколько другой форме. И не раз попадал Владимир под пулемётные и автоматные обстрелы не совсем дружественных литовцев и поляков.

Отдав служению Родине восемь лет армейской службы, Владимир оказался, в конце концов, на приборном заводе, который стал ему родным более чем на тридцать лет. Володей он остался для узкого круга лиц, а для остальных – это Владимир Фёдорович. Это знак большого к нему уважения.